О некоторых противоречиях в евангелиях

Родословия в Евангелиях от Матфея и Луки отличаются одно от другого. Евангелисты сходятся лишь в том, что Иосиф, муж Марии, является потомком Давида. Главная цель— показать происхождение Иисуса из дома Давида. По версии Матфея, предок Иосифа – Соломон, сын Давида, а согласно Луке – Нафан, сын Давида.

Имена дедов Иисуса,  судя по двум евангелиям,  не совпадают. По Матфею дед Иисуса – Яков. Лука утверждает, что Илия.

Существует предположение, что одно из родословий принадлежит Марии, матери Иисуса. Но это странно, потому что  оба родословия заканчиваются на Иосифе. Евангелисты точно знали, как звали отца Иисуса, поэтому в данном случае всё согласовано: «Яков родил Иосифа, мужа Марии» (Мф.1:16), «и был, как думали сын Иосифа» (Лк.3:23). Обычай родословия замещать имя жены (Марии) на имя мужа (Иосифа) не известен,  да и как читатели поймут, какое   из родословий имеет замещение.

Вполне вероятно, что в  оригинале Евангелия от Матфея вообще не было родословия. Епифаний Кипрский писал о евреях (назарянах), верующих в Иисуса:

«Имеют они у себя самое полное Евангелие от Матфея на еврейском языке. Ибо оно у них достоверно сохраняется в одном виде, как написано вначале еврейскими письменами; не знаю же, еретики ли уничтожили в нём родословие от Авраама до Христа» (Епифаний Кипрский. Панарион I).

Епифаний противоречит сам себе.  С одной стороны, он признаёт тот факт, что назаряне пользуются полным оригинальным Евангелием от Матфея, но с другой стороны,  не найдя в нём родословия, предполагает, что еретики уничтожили родословие Христа.

О чудесном зачатии

Вероятно, в оригинале Евангелия от Матфея не было истории о зачатии посредством Святого Духа.

Словосочетание «непорочное зачатие» употреблять не вполне уместно, потому что зачатие не является грехом, ибо Бог, согласно Писанию, благословил процесс, служащий появлению жизни: «плодитесь и размножайтесь» (Быт. 1:28).

Известно, что иудеохристиане не верили в эту историю. Епифаний писал:

«…Ибо Керинф и Гарпократ, пользуясь тем же, что и у них, Евангелием, родословием в начале Евангелия от Матфея хотят доказать, что Христос родился от семени Иосифа и Марии. Эти же (эвиониты) думают нечто иное. Вырвав родословие из Евангелия от Матфея, как говорили мы прежде, придают ему иное начало, а именно так: «Было, говорят, во дни Ирода, царя иудейского при первосвященнике Каиафе пришёл некто именем Иоанн, окуная окунании ем покаяния в реке Иордане». Посему они утверждают, что Иисус действительно есть человек, Христос же сделался в Нём, как находим и в других ересях» (Епифаний Кипрский. Панарион I).

Как мы видим, оригинальное Евангелие от Матфея начиналось,  как и Евангелия от Марка и  Иоанна, с появления Иоанна Окунателя (Крестителя). Назаряне ( так называли верующих в Иисуса евреев), находившиеся в одной языковой и культурной среде с Христом, вероятно сохраняли более идентичные тексты евангелий.

А вот история о чудесном зачатии в Евангелии  от Луки сохраняет стиль всего повествования и не кажется добавленной в более позднее время. Не помешает отметить, что речь ангела Гавриила напоминает мессианский отрывок, найденный в одной из кумранских пещер.

Сравним:

«Он будет велик и назовётся сыном Всевышнего» (Лк. 1:32);

«[…дух от Бога] покоится на нём, он преклонился перед престолом […ца]рь, гнев приходит на мир, и годы твои [будут укорочены…] так твоё видение, и всё которое о нём, пришло в мир.[… во время] великих [знамений], бедствие приходит на землю […после убийства] и резни, правитель народов [появится…] царь Ассирии и Египта […] он будет править над землёй, [… ] подчинит себе и все подчинятся ему. […] будет называться великим и ему дано имя, он будет называться сыном Бога, назовут его сыном Всевышнего. Подобно метеорам, которые ты видишь в своих видениях, так и царство их. Они будут царствовать над землёй немного времени. Заканчивается время попрания людей и народа» (4Q246).

Автор кумранского текста сообщает, что Мессия (?) будет назван сыном Бога. Можно предположить, что источник, из которого Лука черпал информацию, мог  быть переработан  по чьему-то  усмотрению и вставлен  в уста евангельского ангела Гавриила.

И хотя высока степень вероятности, что автор истории о «непорочном» зачатии именно Лука, и это не поздняя христианская вставка, есть несколько моментов, позволяющих сомневаться в правдивости этого сообщения.

Объяснение ангела Гавриила Марии о происхождении имени «сын Бога», «сила Всевышнего осенит тебя; поэтому (dio) и рождаемое Святое наречётся Сыном Бога» (Лк. 1:35) не вполне свойственно иудейскому мировоззрению:  «Я сказал вы боги, и сыны Всевышнего все вы» (Пс.82:6).

Для того чтобы быть сыном Бога, необязательно сошествие Святого Духа на женщину.

Павел не упоминает ни в одном из своих писем (они имеют более раннее происхождение, чем Евангелие от Луки) чудесное зачатие. Более того, Павел пишет, что Иисус «родился от семени Давида по плоти и открылся Сыном Бога в силе, по духу святыни, через воскресение из мёртвых» (Рим.1:3-4).

Апостол полагает, что Иисус законно считается сыном Бога, так как имеет божественную силу и доказал это своим воскресением из мёртвых, но вовсе не из-за того, что Дух Святой осенил Марию. В любом случае, Павел не знает об этой истории, а от кого узнал об этом Лука – неизвестно.

Согласно евангельским сообщениям,  родственники Иисуса считали, что тот сошёл с ума и не верили в него:

«И услышав, ближние Его пошли взять Его, ибо говорили, что Он вышел из себя» (Мк.3:21). «Ибо и братья Его не верили в Него» (Ин. 7:6).

Странно, ведь если бы близкие Иисуса знали, что  он зачат от Святого Духа,  то почему не верили в него? Мать утаила тайну от своих детей, но открыла Луке? Впрочем, вряд ли Лука вообще встречался с Марией. Иисус, кстати, сам свидетельствовал, что в своём доме родственники не признавали его за пророка (Мк. 6:4).

Но можем ли мы понять, что могло послужить почвой для возникновения  истории о «непорочном» зачатии? Может быть, Иисус, по своему обыкновению, образно говорил, что рождён от Святого Духа. Например, Ориген цитирует слова Иисуса из так называемого «Евангелия от евреев», к сожалению, не дошедшего  до нас:

«Теперь взяла Меня Матерь Моя, Святой Дух, за один из волос…» (Ориген. Евангелие от Иоанна, II 6).

Эта же цитата (в латинском варианте) встречается у Иеронима Стридонского в комментарии к книге пророка Михея (7:6):

«Кто верует Евангелию, известному как Евангелие евреев, которое мы недавно перевели, то в нем от лица Спасителя говорится: “теперь Меня понесла Мать Моя, Святой Дух, за один из волосов Моих”»; и еще два раза — в комментариях к книгам Исайи (40:12) и  Иезекии  (8:3).

В Евангелии от Иоанна говорится о рождении от Духа, т.е. об изменении человека под воздействием силы Святого Духа: «кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царство Божие» (Ин. 3:5).

Иисус часто говорил иносказаниями,  но  многие воспринимали их буквально.  Поэтому вследствие  дословного   понимания  « рождение от Духа»  и возникла история о чудесном зачатии.

О бегстве в Египет

Матфей сообщает, что ангел явился Иосифу и повелел ему взять жену с Сыном, удалиться в Египет, так как Ирод искал погубить Младенца (Мф.2:13).

По возвращении из Египта (после смерти Ирода), святое семейство поселилось в Назарете, маленьком селении Галилеи.

Лука повествует иначе — Младенца обрезали на восьмой день в Иерусалиме (Лк. 2:22). Семейство сразу же вернулось «в свой город Назарет». Бегство в Египет не упоминается вовсе (Лк. 2:39).

Сообщения  Матфея и Луки можно попытаться собрать в единое целое, чтобы получить непротиворечивую картину событий, последовавших за рождением Иисуса. Например, ангел мог явиться Иосифу с повелением бежать в Египет, когда тот вернулся из Иерусалима в Галилею, а  уже из  Галилеи семья убежала в Египет. Но в сообщении Луки есть несколько моментов, не позволяющих соединить версии Матфея и Луки.

Во-первых, Ирод,  скорей всего, послал бы соглядатаев проследить за передвижениями волхвов. Царь был маниакально подозрительным человеком, по навету погубившим самых близких ему людей, а здесь доверился волхвам, которых видел в первый раз.

Во-вторых, Иосиф и Мария принесли Младенца в Храм (Лк.2:22).

Согласно Матфею, Ирод и весь Иерусалим встревожился (Мф.2:3), получается, что родители, придя в Иерусалим,  попали бы прямо в пасть Ироду, который искал убить Младенца.

По сообщению Луки появление Младенца в Иерусалиме не могло пройти незамеченным. Старец Симеон, увидев Младенца, произнёс речь, в которой говорилось о пришествии Спасения (Лк. 2:29-30). Анна-пророчица говорила о Младенце всем, ожидавшим избавления в Иерусалиме (Лк. 2:36-38). Но по сообщению Матфея, Ирод ждал известие волхвов, как будто кроме них никто не  мог знать о родившемся Спасителе.

Лука сообщает о паломничестве родителей, ежегодно приходивших в Иерусалим на праздник Песах. Если бы евангелист знал о бегстве в Египет, то не написал бы «каждый год» (Лк. 2:41), потому что,  по сообщению Матфея,   родители не могли приходить в Иерусалим, так как  боялись Ирода (Мф.2:22).

Искушение

Слово искушение – рeirasmos —  употребляется в значении «проверка, испытание». Вероятно, речь идёт не только об искушении Иисуса, то есть проверке на прочность, но  и о предложении стать политическим, земным правителем.

Реальность истории об искушении Сатаны (Мт.4:1-11; Мк.1:13; Лк.4:1-13) представляется немного сомнительной по нескольким причинам. Срок искушения сорок дней и сорок ночей имеет распространённое символическое значение:

«Я буду изливать на землю дождь сорок дней и сорок ночей» (Бытие 7:4); «И был Моисей на горе сорок дней и сорок ночей» (Исх.24:18); «(Илия) шёл сорок дней и сорок ночей до горы Божией Хореф» (3 Царств 19:8).

Впрочем, это слабый аргумент. Совпадений никто не отменял, тем более «сорок дней» означало, вероятно,  просто некий точно неизвестный срок.

Но есть ещё кое-что. Синоптики сообщают, что сразу после окунания Иисус был ведён Духом в пустыню, однако четвертый евангелист пишет совсем другое.

На следующий день (еpayrion — означает «завтрашний день»)  Иоанн (Окунатель), «увидев идущего Иисуса»,  сказал двум своим   ученикам (один из них, вероятно,  был Иоанн, со слов которого и было записано Евангелие от Иоанна): «вот Агнец Божий» (Ин. 1:35-36).

После этого свидетельства двое учеников Окунателя последовали за Иисусом. Иоанн говорит, что они пробыли у него весь день, он даже называет время, «около десятого часа» (Ин. 1:39).

На следующий день (Ин. 1:43) Иисус захотел пойти в Галилею и нашёл Филиппа, отыскавшего, в свою очередь, Нафанаила, которого Иисус всепроникающим оком увидел  прятавшимся  под смоковницей, будучи от него на  значительном расстоянии, чем вызвал его немалое удивление  (Ин. 1:48).

Иоанн, как видим,  даёт другую версию событий.  Он рассказывает историю, изобилующую деталями.  Их так много, они настолько красноречивы, что складывается впечатление, будто Иоанн точно знал, что произошло с Иисусом, и таким образом  выражает протест, несогласие с другими евангелистами. Подробное описание говорит о том, что Иоанн хорошо запомнил  последующие события  после окунания в водах Иордана и ничего не знает об искушении в пустыне.

Однако существуют некоторые моменты в истории об искушении, которые не позволяют считать это сообщение лишённым смысла и не имеющим поучительного значения.

Ответы Сатане очень логичны, наполнены мудростью и силой.  Стиль ответов похож на манеру других высказываний Иисуса.

История говорит об отказе Иисуса стать владыкой, так как земной  властью, судя по этому рассказу, распоряжается Сатана: «ибо она мне предана» (Лк.4:6).

После смерти и вознесения Иисуса не было смысла придумывать этот эпизод, так как исчезли возможные притязания Иисуса на роль политического Мессии. Однако во время жизни  Иисуса вопрос был актуален, его последователи даже пытались провозгласить его царём (Ин. 6:15). Он же избегал любого политического аспекта, запрещал называть себя сыном Давида,  ибо  подобное утверждение говорило о мессианских (царских) притязаниях, что являлось преступлением против Рима.

Можно предположить, что сам Иисус рассказал ученикам историю об искушении в виде притчи, чтобы ученики не грезили мечтой о политическом правлении. Эта притча носила назидательный характер, но по какой-то причине, со временем, превратилась в якобы реально существующий факт.

О призвании учеников

«Проходя же близ моря Галилейского, Он увидел двух братьев: Симона, называемого Петром, и Андрея, брата его, закидывающих сети в море, ибо они были рыболовы, и говорит им: идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человеков. И они тотчас, оставив сети, последовали за Ним. Оттуда, идя далее, увидел Он других двух братьев, Иакова Зеведеева и Иоанна, брата его, в лодке с Зеведеем, отцом их, починивающих сети свои, и призвал их. И они тотчас, оставив лодку и отца своего, последовали за Ним» (Мф 4:18-22).

«Проходя же близ моря Галилейского, увидел Симона и Андрея, брата его, закидывающих сети в море, ибо они были рыболовы.

И сказал им Иисус: идите за Мною, и Я сделаю, что вы будете ловцами человеков. И они тотчас, оставив свои сети, последовали за Ним. И, пройдя оттуда немного, Он увидел Иакова Зеведеева и Иоанна, брата его, также в лодке починивающих сети; и тотчас призвал их. И они, оставив отца своего Зеведея в лодке с работниками, последовали за Ним» (Мк. 1:16-20).

Евангелие  от Марка по ряду признаков считается более ранним, чем Евангелие от Матфея. Однако данные сообщения  либо имеют один источник, либо Матфей взял  эту историю у Марка. Даже учитывая  погрешности переписчиков,  она передается  слово в слово. Правда, Матфей    не упоминает  о работниках,  о которых говорит Марк: «И они, оставив отца своего Зеведея в лодке с работниками, последовали за ним» (Мк. 1:20).

Можно предположить, что  Матфей просто не придал значения этой детали, и поэтому не вставил её в своё повествование.

Итак,  У Марка и Матфея сообщается, что Иисус,  проходя возле озера (Галилейского), увидел Симона (Петра) и Андрея, призвал их; пройдя далее по берегу, увидел Якова и Иоанна и позвал также и их.

Сообщение Иоанна о призвании Андрея и Петра несколько иное. Андрей и другой ученик Иоанна Окунателя слышали об Иисусе и, придя к нему в гости, понимают, что он и есть Мессия,  приход которого предвосхищал Окунатель. После этого Андрей находит своего брата Симона (Петра) и приводит его к Иисусу (Ин. 1:35-42).

Действие это происходило не в Галилее, Иоанн пишет, что только на «следующий день Иисус захотел идти в Галилею» (Ин. 1:43).

Марк и Матфей сообщают о призвании учеников именно в Галилее, возле Галилейского озера, но Иоанн говорит о произошедшем в Иудее, близ города Вифавар (Ин.1:23-28), который находился в противоположной стороне, в десятке километров  от Иерихона.

Апостолы Пётр и Андрей были из Галилеи и промышляли рыболовством, поэтому призвание этих учеников вполне могло быть возле Галилейского озера, как описывает Марк. Но знакомство Иисуса с Петром, Андреем, Яковом и Иоанном могло состояться в Иудее в то время, когда рыбаки из Галилеи пришли в Иудею, к Иордану, чтобы принять окунание в водах реки.

Создаётся впечатление, что в Евангелии от Иоанна история знакомства Иисуса с будущими учениками описана непосредственным свидетелем, так как рассказ изобилует подробностями, реальными психологическими портретами, указано время действия, поэтому представляется очень правдоподобным.

Но история о призвании учеников в изложении Марка в принципе  могла иметь фактическое основание, если она произошла, например,  несколько позднее, когда Симон, Андрей, Яков и Иоанн уже были знакомы с Иисусом и поэтому незамедлительно бросили всё и последовали за ним.

Об изгнании бесов

«И когда Он прибыл на другой берег в страну Гергесинскую, Его встретили два бесноватые, вышедшие из гробов, весьма свирепые, так что никто не смел проходить тем путем» (Мф. 8:28).

«И пришли на другой берег моря, в страну Гадаринскую.
И когда вышел Он из лодки, тотчас встретил Его вышедший из гробов человек, одержимый нечистым духом,  он имел жилище в гробах, и никто не мог его связать даже цепями, потому что многократно был он скован оковами и цепями, но разрывал цепи и разбивал оковы, и никто не в силах был укротить его;  всегда, ночью и днем, в горах и гробах, кричал он и бился о камни». (Мк. 5:1-3).

«И приплыли в страну Гадаринскую, лежащую против Галилеи. Когда же вышел Он на берег, встретил Его один человек из города, одержимый бесами с давнего времени, и в одежду не одевавшийся, и живший не в доме, а в гробах» (Лк. 8:26-27).

Трое евангелистов использовали разные источники информации. Сообщение Матфея  расходится в важных деталях с  сообщениями Марка и Луки, которые мало отличаются друг от друга. Например, у Марка одержимый говорит: «заклинаю тебя перед Богом, не мучь меня» (Мк.5:8), а у Луки: «умоляю тебя, не мучь меня» (Лк. 8:28). У Марка: «чтобы не высылал из земли той» (Мк. 5:9), а у Луки: «чтобы не повелел нам идти в бездну» (Лк. 8:31).

Итак, синоптики не копировали друг друга, а имели собственный источник информации. Все трое согласны с тем, что после изгнания бесов пасущееся рядом стадо свиней бросилось с обрыва в озеро и потонуло.

Согласно Матфею, действие происходило в «земле Гергесинской» (Мф. 8:28). Лука и  Марк говорят о «земле Гадаринской» (Мк. 5:1; Лк. 8:26).

Указанная  Матфеем местность  — Гергеса (земля Гергесинская),      более  соответствует истории, так как Гадара (земля Гадаринская) находилась на приличном расстоянии от Галилейского озера.  Гергеса же действительно располагалась  у Галилейского озера (Мф. 8:28; Мк.5:4; Лк.8:6). По сообщению трёх евангелистов, как только Иисус вышел из лодки, его тотчас встретил одержимый. Марк и Лука, очевидно, не обладали знаниями галилейской географии, поэтому ошибочно указали на землю Гадаринскую.

Матфей, описывая историю об изгнании бесов, упоминает двух одержимых. Марк и Лука говорят об одном бесноватом. Разбирая вопрос о наличии одного или двух одержимых, я склоняюсь к сообщению Марка и Луки, так как оно более подробно, упоминается имя больного «Легион», или с арамейского «Легионер». Как правило,  агрессивные больные не находятся вместе, и вряд ли бы они одновременно закричали (Мф. 8:28-29).

Впрочем, существует компромиссный вариант: могло быть двое, но говорил один, о нём и сообщили Марк и Лука.

О воскрешении Лазаря

История о воскрешении Лазаря изобилует подробностями. Рассказывается о четырёх днях в гробнице, встрече с Марфой вне селения, о сожалении и даже укорах (!) Марфы Иисусу за то, что он не пришёл вовремя спасти друга (Ин. 11:21). Иоанн рассказывает о слезах Иисуса при виде плачущих людей, которые сопровождали Марию (Ин. 11:35). Неверие Марфы в то, что Иисус может воскресить мёртвого (Ин.11:38),  является также косвенным подтверждением правдивости истории. Из-за слуха о воскресении Лазаря приходили многие иудеи, чтобы расспросить и удостовериться (Ин. 12:11).

Согласно Иоанну,  воскресение Лазаря  было основной причиной триумфальной встречи Иисуса   народом в Иерусалиме, так как видящие, что произошло, свидетельствовали об увиденном (Ин. 12:17-18).

Упоминается конкретное место происходящего — Вифания (Ин. 11:1). Имена Лазаря, Марии, Марфы, месторасположение селения (Ин. 11:18), — всё указывает на известность этого события (Ин.11:45). Ведь если историю выдумывают, или она имеет символическое значение, то нежелательно указывать детали,  которые можно проверить.

Конечно, можно написать всё что угодно задним числом, но неизвестно, умерли ли все герои повествования к моменту написания этой истории. Даже если умерли свидетели, евангелист указал название селения, в котором должны были остаться какие-либо люди, которые слышали от очевидцев о Лазаре.

Но,  как ни странно, об этой замечательной истории не сообщают синоптики. Матфей и Марк в своих евангелиях вообще не упоминают Лазаря, Марию и Марфу.  Они не называют имени женщины, которая возлила масло на голову Иисусу, хотя упоминают название селения (Мф. 21:17; Мк. 14:3).

Лука сообщает о сёстрах Марфе и Марии, но молчит об их брате и близком друге Иисуса Лазаре (Лк. 10:38).

Если же синоптики слышали об этой истории и посчитали её незначительной, то это свидетельствует об их неосмотрительности, так как произошло нечто неординарное – Иисус воскресил человека, у которого начался процесс разложения. В остальных случаях, когда Иисус возвращал к жизни «умерших», сложно сказать, находились ли эти люди в коме,  летаргии или действительно умерли, так как Иисус нередко говорил «не умерла, но спит» (Мф. 9:24)но здесь речь идёт об оживлении человека, умершего четыре дня назад.

Допустим, кто-то из евангелистов мог не знать об этой истории, но чтобы все трое? Возникают подозрения в идеологических мотивах. Трудно иначе объяснить полное игнорирование брата Марии и Марфы — Лазаря.

Допустим, синоптики сомневались в этой истории, но они могли хотя бы упомянуть о друге Иисуса, но они молчат, как будто на него наложено отлучение. Ведь только в случае анафемы не упоминается ни имени, ни деяний человека. К сожалению, у нас нет достоверных сведений о судьбе Лазаря. Существует греческое предание Византийского периода о житии Лазаря на Кипре, но оно слишком позднее, поэтому не может служить достоверным источником информации.

Может, замыслившие убить Лазаря первосвященники исполнили свой замысел, и на это намекает Иоанн (Ин. 12:10). Возможно также, через какое-то время Лазарь вступил в конфликт с начальствующими в Иерусалимской церкви, и они решили отлучить  Лазаря, а ведь посланники Иерусалимской церкви были основным и авторитетным источником информации для синоптиков. Ведь три первых евангелиста не являлись непосредственными свидетелями происходящих событий.

Евангелие от Матфея не есть оригинальное евангелие на еврейском, которое упоминают отцы Церкви. Марк и Лука также не были очевидцами. При этом  евангелисты могли узнать об истории с воскрешением Лазаря из других источников, но они почему-то молчат.

Впрочем, возможно после написания евангелий существовала редакционная правка, например, глав общины, поэтому даже записанную историю можно вымарать. На Иоанна подобная цензура не распространялась, так как Евангелие от Иоанна и  он сам являлся «столпом церкви».

Правда, я сомневаюсь в приведенной выше версии об отлучении Лазаря, так как не знаю причин, по которым могло бы  произойти  отлучение. Да и трудно поверить, что ученики Иисуса, вследствие каких-либо разногласий с Лазарем, скрыли бы от паствы одно из самых великих деяний своего Учителя.

Может быть, рассказ о возвращении к жизни на четвёртый день Лазаря, мог ослабить восприятие великого мига воскресения на третий день самого Иисуса. Евангелистам объяснили, что должна быть только одна история, самая великая история человечества – воскресение Учителя.

Также возможно, что из-за неточности, идеологической мотивации, преувеличений или претензий на основной источник  появились разные версии жизнеописания Христа. Представители определённой группы, например  Аполлоса, придерживались одной версии, представители Кифиной  — другой (1 Кор. 1:11).

Общины не терпели каких-либо изменений или так называемого «другого благовестия» (Гал. 1:8), а чтили утверждённое, скептически воспринимая иное предание. Синоптики, вероятно, принадлежали к одной общине, поэтому среди них так мало отличий, а ученики Иоанна, записавшие евангелие со слов своего учителя, придерживались других источников информации и иного взгляда.

О краже тела

Согласно Евангелию от Иоанна, Мария из селения Мигдаль (Магдала) в первый день недели (воскресение) рано утром пришла к гробнице Иисуса. Скорей всего, она была не одна, а вместе с другими женщинами. Слова «не знаем, где его положили» (Ин. 20:2) свидетельствуют о нескольких лицах. Итак, женщины пришли к гробнице с определённой целью: обмыть тело и помазать его благовониями.

Иисус был снят с креста в пятницу во второй половине дня (Ин. 19:31), поэтому женщины не успели сделать положенное из-за приближения субботы (Лк. 23-54).

«В девятом часу» (Мк. 15:34) Иисус умер.

В древнем мире первый час начинался примерно в шесть утра, поэтому «девятый час» — это около 15:00 по современному формату. Остаётся до начала субботы чуть больше трех часов. За это время Иосиф из Аримафеи должен был встретиться с Пилатом (Мф. 27:57), выпросить тело Иисуса, купить плащаницу, благовония, обмыть, помазать тело, накрыть полотном, положить в гробницу, успеть вернуться домой. До наступления субботы на всё не хватило бы времени.

Итак, в первый день недели женщины идут к гробнице, чтобы смыть с трупа кровь и помазать благовониями.

С этого момента   показания                                                                              синоптиков (трёх первых евангелистов – Матфея, Марка, Луки) серьёзно расходятся со свидетельством Иоанна.

Значит, выгодно было кому-то из евангелистов донести историю в «правильном» ракурсе.

Может быть, рассказ Матфея об охране гробницы поможет нам понять, для чего вводили те или иные сведения в повествование.

«На другой день, который следует за пятницею, собрались первосвященники и фарисеи к Пилату и говорили: господин! Мы вспомнили, что обманщик тот, еще будучи в живых, сказал: после трех дней воскресну; итак прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, придя ночью, не украли Его и не сказали народу: воскрес из мертвых; и будет последний обман хуже первого. Пилат сказал им: имеете стражу; пойдите, охраняйте, как знаете. Они пошли и поставили у гроба стражу, и приложили к камню печать» (Мф.27:65-66).

Скорее всего, история о страже была своеобразным ответом на слухи о краже учениками тела. Но ответ получился не вполне достоверным: первосвященники не пошли бы в субботу (!) к Пилату, не стали бы запечатывать гробницу в шабат. Да и вряд ли они оказались бы столь сообразительными, предупреждая «кражу тела». Умер и умер, не в яму брошен, а почётно «погребён у богатого» (Ис. 53:9). Нет смысла красть тело.

О воскресении Иисуса

Согласно сообщениям Иоанна и Марка (Ин. 20:1; Мк. 16:9), Иисус, воскреснув, сначала явился Марии Магдалине.

Несмотря на противоречивые данные, попытаемся представить, что могло произойти, выбирая из всех сообщений рациональное зерно.

Как мы выяснили, у женщин была причина прийти к гробнице. Согласно Евангелию от Иоанна, Мария видит открытую гробницу и бежит рассказать об этом ученикам:

«В первый же день недели Мария Магдалина приходит ко гробу рано, когда было еще темно, и видит, что камень отвален от гроба. Итак, бежит и приходит к Симону Петру и к другому ученику, которого любил Иисус, и говорит им: унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его» (Ин. 20:1-2).

Может быть, авторы Евангелия от Иоанна не захотели показать своего наставника (Иоанна) в невыгодном свете — неверующим в рассказ женщин о воскресении Иисуса, поэтому умолчали о явлении ангелов,  о котором поведали синоптики, а сообщение о вскрытой гробнице не обязывает верить в воскресение.

Впрочем, может быть, они поведали реальную историю? Мария увидела отваленный камень и убежала, не удосужившись взглянуть внутрь гробницы? Трудно поверить, но допустим.

«Итак, бежит и приходит к Симону Петру и к другому ученику, которого любил Иисус, и говорит им: унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его.

Тотчас вышел Петр и другой ученик, и пошли ко гробу.

Они побежали оба вместе; но другой ученик (Иоанн) бежал скорее Петра, и пришел ко гробу первый.

И, наклонившись, увидел лежащие пелены; но не вошел… (Ин. 20:2-5).

Эпизод о беге наперегонки Петра и Иоанна реалистичен. Вполне естественное желание проверить, открыта ли гробница. Впрочем, это может оказаться метафорой, намекающей на  соревнование за первенство в христианской общине.

Кстати, Лука также сообщает, что Пётр побежал к гробнице, «увидел пелены лежащие, и пошёл назад, удивляясь» (Лк. 24:12), а Иоанн (другой ученик), судя по Евангелию от Иоанна, увидев плат, сразу же поверил: «Тогда вошел и другой ученик, прежде пришедший ко гробу, и увидел, и уверовал» (Ин. 20:8).

Иоанн и Пётр ушли, а Мария осталась, заглянув в гробницу, она увидела двух ангелов, которые поинтересовались причиной её слёз. Эпизод странный, Пётр и Иоанн, которые чуть раньше заходили в пещеру, не заметили существ в белых одеждах, а с Марией ангелы даже поговорили (Ин. 20:12-13).

Лука пишет о реакции учеников на сообщение женщин о воскресении Иисуса: «и показались им слова их пустыми и не поверили им» (Лк.24:11). Марк подтверждает слова Луки: «упрекал (Иисус) их за неверие и жестокосердие, что видевшим его не поверили» (Мк. 16:14).

История неверия — скандал, выдумывать такое не имело смысла, так как этот факт ослаблял авторитет «столпов Церкви». Но Марк, и особенно Лука, похоже, действительно хотели честно донести самую главную евангельскую историю.

Предание о встрече Воскресшего с двумя учениками было широко известно в среде первых христиан, так как Лука подробно описывает данный эпизод и даже указывает имя (Клеопа) одного из свидетелей чуда (Лк. 24:18). Марк также сообщает об этой встрече (Мк. 16:12).

В истории о воскресении Иисуса есть несколько примечательных вещей. Это явление «в ином виде» (по сообщению Марка) или «удержание глаз» (согласно Луке).

В принципе возможно, используя методы внушения, мысленно приказать человеку, чтобы тот не узнал известное лицо или принял неизвестное лицо за известное. Но какой смысл, да и кому таким образом обманывать учеников?

Скорей всего, человек, которого впоследствии приняли за Иисуса, действительно не был похож на любимого и хорошо знакомого Учителя.

Если поверить в реальность «реанимации», тогда можно предположить, что изменение облика — технические детали, которые нам простым смертным пока ещё не понять.

Иисус переходил из одного места в другое. Возможно, он не хотел, чтобы его узнавали, поэтому изменение внешности – своеобразная маскировка. Предположить можно всё.

Примечательно, что ученики узнали Учителя, когда тот в своей особой манере   благословил и преломил хлеб (Лк. 24:30-31). На эту мысль меня натолкнул фильм «Ворон», вернее эпизод, когда воскресший Эрик Дрейвен в гриме клоуна произносит свою коронную фразу: «Дождь не может идти вечно».

Иоанн, так же как и синоптики,  описывает иной вид Иисуса, что лишний раз свидетельствует о подлинности сообщения (Ин.21:12). Историю с изменившимся видом Учителя нет смысла придумывать. Она лишь усиливает сомнения и подозрения в подлоге, поэтому, как мне кажется, её донесли, не понимая смысла. Никто из евангелистов так и не попытался объяснить причину изменившегося облика Иисуса.

Можно предположить, что это был не Иисус, но вряд ли ученики поверили бы проходимцу, заявившему, что он и есть их Учитель, которого они, кстати, отлично знали. Они увидели его манеры, стиль речи, какие-то необъяснимые явления: проникновение в дом при закрытых дверях, внезапное исчезновение, явление свыше пятистам ученикам (1-кор.15-6) и вознесение на «облаке».

Конечно, нет никаких доказательств, что всё это не выдумка или не плод воображения, основанного на известных мифологемах.

Однако с учениками произошли перемены, они стали смело проповедовать, никто из них не отрекся от Учителя даже при угрозе смерти. Для многих это не является доказательством воскресения Иисуса, но заставляет задуматься над поставленными вопросами.

Лично меня смущает, почему евангелисты (кроме Иоанна, который рассказывает о нескольких эпизодах более-менее подробно) так мало говорят о самом главном евангельском событии — воскресении Учителя. Они должны были подробно написать обо всех событиях, передать все слова Воскресшего.

Иоанн — единственный, кто донёс до читателей фразу воскресшего Иисуса, которая со временем превратилась в известное предание: «Если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду, что тебе до того? ты иди за Мною. И пронеслось это слово между братиями, что ученик тот не умрет» (Ин. 21:22-23).

Можно предположить, что молчание евангелистов связано с какими-то труднопонимаемыми и малообъяснимыми явлениями  и они, дабы не смущать паству, умолчали о многом: «думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг» (Ин. 21:25).

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.