Распятие и погребение

 

Существует утверждение, что распятых в Иудее не хоронили в семейных склепах, но одна ужасающая находка из Иерусалима опровергает это предположение

Предполагается, что согласно традициям Римской империи, распятого ещё долго не снимали с креста, чтобы в назидание народу,  труп его стал добычей падальщиков.

Одна древняя надпись на надгробном камне человека, убитого собственным рабом, гласит, что убийца был «повешен… живым, став  (пищей) для диких животных и хищных птиц».

Гораций описывает некоего раба, который говорит своему хозяину, что он не сделал ничего дурного – на что тот отвечает: «Так ворон на кресте ты не кормишь» (Послание, 1.16.46–48).

Римский сатирик Ювенал говорит о коршуне, который «оставивши падаль, собак, лошадей и распятых, к детям спешит и приносит в гнездо этой падали части» (Самиры, 14.77–78).

Артемидор, рассказывает, что для бедняка к добру видеть себя во сне распятым, так как «распятый высоко вознесен и многих кормит (собою птиц)» [Сонник (Онейрокритика), 2.53].

Однако, несмотря на греческо-римский обычай оставлять труп на кресте, римские власти, вероятно, считались с религиозными традициями иудеев. Более того, факты, приведённые выше, повествуют о казнённых рабах, тела которых никому не были нужны.

Филон Александрийский рассказывает о наместнике Александрии Авилии Флакке, который отказался снимать с креста тела распятых, чтобы отдать их родным. Такой поступок вызвал осуждение:

«Я знаю, что в канун таких дней порой снимали с креста тела распятых и отдавали родным, чтобы те предали их земле, свершив положенный обряд, чтобы и мертвым в день рождения самодержца воздалась какая-то крупица блага и чтобы не нарушить священного величия празднества.

А Флакк не то, что не приказал снять с креста мертвых — он приказал распять живых, которым сами те дни даровали прощенье — не навсегда, на время, не полную отмену наказания, но его отсрочку» (Филон. Против Флакка 10).

Если в Египте существовал обычай, пусть даже в праздничные дни, отдавать тела казнённых их близким, то тем более — в Иудее, управление которой требовало крайней степени осторожности.

Иосиф Флавий говорит об иудеях, которые были готовы пожертвовать своей жизнью, но не допустить нарушения своих традиций:

«Пилат обратился к ним и сказал, что их изрубят в куски, если они не примут статуй Цезаря, и подал знак солдатам обнажить мечи. Тогда евреи, как по команде, почти одновременно упали на землю и обнажили свои шеи, крича, что пусть лучше их убьют, чем они нарушат Закон. Тут Пилат изумился (их решению) и отдал приказ немедленно вывезти статуи императора из Иерусалима» (Иуд. Др.кн. II, гл. 9-3).

Более того, неевреям, включая даже римских граждан, под страхом смерти было запрещено заступать на территорию храмового комплекса, что свидетельствует о чувствительности к местным обычаям.

Распятие — римский способ казни, наследованный от персов, в Иудее применяемый в отношении политических преступников. И поэтому народ, ненавидящий римскую власть, в принципе, относился к распятым с жалостью, осуждая тех, кто не проявлял сочувствия к страданиям несчастных.

Раввинистическая литература донесла до нас рассказ о приговоренном к распятию праведном Йоси бен Йоэзере из Цереды, жившем в первой половине II века до н. э. Направляясь к месту казни, несчастный тащил на себе крест, а его племянник Якум ехал рядом с ним на коне и издевался над родственником:

«Смотри, на какого коня посадил меня мой повелитель, и на какого коня посадил тебя твой повелитель» (Берешит раба, 65:22).

Некоторые евреи даже верили в чудодейственную силу гвоздей, которыми прибивали руки и ноги мучеников к кресту (Шабат, 6:10).

Об одном таком гвозде, найденном в Иерусалиме, я бы хотел рассказать.

Более того, эта находка доказывает, что  распятых за политические преступления хоронили в семейных могилах.

Василиос Цаферис, израильский археолог греческого происхождения, в конце 1968 года, по заданию директора израильского департамента древностей доктора Авраама Бирана, исследовал несколько гробниц, которые были найдены к северо-востоку от Иерусалима; в Гиват а-Мивтар. Группа рабочих в ходе строительных работ случайно проникла в погребальные пещеры и открыла гробницы. После осмотра археологами этих гробниц, было принято решено, начать раскопки четырех из них.

Фото Wikipedia: Василиос Цаферис
Фото Wikipedia: Василиос Цаферис

Гробницы были частью еврейского кладбища периода конца Второго храма. Одна из усыпальниц была вырублена в мягком известняке, она состояла из двух помещений, каждое из которых имело локулы (погребальные ниши) 1.5-1.8 м. длиной и 30-45 см шириной. В первой комнате были 4 локулы, а во второй – 8, по две с каждой стороны. Также с трёх сторон первой комнате были каменные скамьи; во второй меньшей по размеру, скамеек не было.

Некоторые из погребальных ниш были закрыты каменными плитами, другие блокированы небольшими камнями, обмазанными штукатуркой.

В эпоху Второго Храма существовал обычай спустя год после погребения, собирать кости умерших и складывать их в оссуарии (ларцы, примерно 40-70 см длинной, 30-40 шириной, 25-30 высотой).

Далеко не каждая иудейская семья могла позволить такой способ погребения. Обычно умерших погребали в ямах и ставили на могиле надгробье в виде обычного камня.

Один из оссуариев, открытый в гробнице Гиват а-Мивтар, был изготовлен из известняка и украшен резьбой. Ларец содержал кости женщины по имени Марта (Марфа). Её имя было начертано на самом оссуарии.

В другом оссуарии были погребены мужчина, женщина и ребенок. Надпись на арамейском языке гласит: «Ионатан горшечник».

Всего в гробнице было найдено восемь оссуариев. Также археологи обнаружили керамику, которая подтверждает датировку гробниц.

Керамика относится  ко времени между поздним эллинистическим периодом (от 180 г. до н.э.) до разрушения римлянами Второго Храма (70 г.н.э.). Однако большая часть керамики датируется периодом правления династии Ирода (с 37 г. до н.э.).

Найдены сосуды вытянутой формы (вероятно, содержавшие жидкость для умащения мёртвых тел, круглые кувшины для растительного масла, лампады и даже горшки для приготовления пищи.

В этой гробнице были погребены два поколения семьи. Восемь оссуариев содержали кости 17 разных людей. Каждый оссуарий содержал кости от 1 до 5 человек. Оссуарии обычно были наполнены костями до краев, причем кости мужчин и женщин, взрослых и детей  покоились вместе. В одном ларце также был найден высохший букет цветов, трогательно оставленный любимому человеку.

Исследования показали, что 5 из 17 человек из этой гробницы умерли до достижения ими 7-летнего возраста, большинство умерло к 37 годам. Только двое из 17 человек дожили до 50 лет. Один ребенок умер от истощения, а одна женщина была убита ударом тяжелого предмета по голове.

И, теперь самое главное, — один человек из этого семейства был распят. Оссуарий из второй комнаты под номером 4 содержал кости трёхлетнего ребёнка и кости распятого человека, в обоих пяточных костях которого сохранился железный гвоздь размером 17-18 см.

Археологи обнаружили свидетельство распятия. Несчастному, молодому человеку вбили гвоздь сначала в правую ногу, затем в левую; кстати, расположение костей свидетельствует об искривленном положении тела жертвы на кресте.

Yehohanan-son-of-Hagkol
Фотография Музея Израиля, фотограф Илан Штульман: «Гвоздь в пяточной кости Иеhоханана бен haГалколя»

Гвоздь сохранился только потому, что попал в сучок, когда его вбивали в оливковое дерево, из которого изготовили крест. На краю гвоздя был найден кусочек дерева (1-2 см).

Палачи не смогли вынуть гвоздь из кости, потому что он загнулся внутри креста, и чтобы несчастного снять с креста, ему отрубили ногу. Под головкой гвоздя исследователи остеологи обнаружили остатки деревянной пластины, сделанной из акации. Но дерево, из которого сделан сам крест, повторяю, было оливковым.

Изъятые из гробницы оссуарии были на одну треть заполнены некой желеобразной жидкостью, чтобы дольше сохранить погребенных.

Фотография Музея Израиля, фотограф Илан Штульман: «Оссуарий с именем Иеhоханан бен haГалколь»
Фотография Музея Израиля, фотограф Илан Штульман: «Оссуарий с именем Иеhоханан бен haГалколь»

Распятого судя по надписи на оссуарии, звали Иеhоханан, бен (сын) hаГальколь (יהוחנן בן הגלקול).

Рост казнённого около 167 см. Он был стройным, пропорционально сложённым молодым человеком 24 лет. Мускулы, сохранившиеся на конечностях, свидетельствовали, что Иеhоханан не занимался тяжёлым физическим трудом. Также он не испытывал недостаток питания и не страдал от болезней.
Однако лицо молодого человека имело трещину в правом небе, что вызвало деформацию некоторых зубов и отсутствие правого верхнего клыка. Глазницы, как и носовые отверстия, разной величины. Имелись различия между левой и правой частями нижней челюсти, а лоб с правой стороны более плоский, чем с левой. Носовые кости были довольно большими, искривленными; тонкими в верхней части и грубыми в нижней. Нос человека искривлен, как и его подбородок вместе с серединой скелета лица.

Ужасная археологическая находка проливает свет на процедуру распятия и полностью подтверждает евангельское сообщение об обычае перебивать голени распятым (Ин. 19.18).

Кость ноги Иеhоханана разбита одним сильным ударом. Левые кости голени лежали поперек острого края деревянного креста; кости сломаны по прямой острой неровной линии по краю креста характерной для внутреннего перелома. Этот перелом является результатом давления на обе стороны кости: с одной стороны, от непосредственного удара по правой ноге, а с другой, от сопротивления креста.

Угол линии перелома левой пяточной кости свидетельствует о том, что ноги жертвы находились в полусогнутом положении. Из этого следует вывод, что положение, в котором жертва находилась на кресте, было неестественным и труднопереносимым. Кости рук жертвы говорят о способе, которым они были присоединены к горизонтальной планке креста. Небольшие царапины были найдены на одной кости правого предплечья, а также на запястье.  Эти царапины являются остеологическим свидетельством того, что гвоздь был вбит между двумя костями предплечья.

Христианская иконография показывает гвозди в ладонях Иисуса. Однако это невозможно, поскольку вес повисшего тела очень быстро порвет ладони, и человек упадет с креста. Гвозди были вбиты в руки распятого выше запястий, поскольку эта часть руки достаточно прочная, чтобы удержать вес повисшего тела.  Положение тела может быть описано следующим образом: ноги были соединены почти параллельно, пронзены одним гвоздем в пяточной кости; колени были сдвоены, правое перекрывало левое; туловище искривлено и опиралось на сиденье; верхние конечности были распростерты, каждая прибита гвоздем чуть повыше запястий.

Сломанные ноги жертвы свидетельствуют не только о положении на кресте, но и о более милосердной практике римского распятия — по крайней мере, для иудеев. Обычно римляне оставляли распятого медленно умирать, пока не наступало физическое изнеможение, приводящее к асфиксии, и как было показано выше, казнённого долгое время не снимали с креста.

Также в пещере был найден оссуарий с надписью по-арамейски: «Шимон, строитель храма». Очевидно, один из членов семьи участвовал в перестройке иерусалимского Храма. Шимон мог быть каменщиком или даже инженером; другой родственник по имени Ионатан был горшечником, а третий Иеhоханан совершил политическое преступление и был умерщвлён  мучительным способом, через распятие.

По материалам: Vassilios Tzaferis, «Jewish Tombs at and near Giv‘at ha-Mivtar, Jerusalem», Israel Exploration Journal 20/1, 2 (1970), pp. 18-32.