Борис Мороз: воин и врачеватель

Интервью с бывшим чемпионом по боям без правил, а ныне одним из лучших мануальных терапевтов

— В 1988 году вы поступили в Ленинградский институт Лесгафта на кафедру лечебной физкультуры. Что такое лечебная физкультура, какие у неё цели?

— Лечебная физкультура ставит своей задачей корректировку на длительный период определённых отклонений и патологий опорно-двигательного аппарата. Лечебная физкультура работает точечно. Программа строится под каждого пациента индивидуально. Естественно, лечебную физкультуру ведёт человек, имеющий медицинское образование, который может определить конкретную патологию, травмированные или ослабленные группы мышц и как их следует скорректировать.

— В Советском Союзе существовали центры лечебной физкультуры, в которые на несколько месяцев посылали детей с проблемами в опорно-двигательной системе. Эти пансионаты способствовали если не излечению, то хотя бы торможению развития отклонений?

— Несомненно. В этом году я начал работать с двумя сборными города: по плаванию и салонным латиноамериканским танцам. Это дети, которые выезжают на международные соревнования, целевой возраст от 11 до 16 лет. У них огромное количество травм, отклонений, которые пришлось корректировать. На последних соревнованиях по плаванию результаты были ошеломляющими (для тренеров): 16 золотых медалей. Для Хадеры это очень значимо.

— Выходит, что укрепление определённых мышц в рамках лечебной физкультуры влияет на рекорды?

-Конечно. Эти дети постоянно приходят ко мне два раза в неделю. Я работаю с ними по индивидуальной программе и это существенно повлияло на их результаты.

— А для танцоров?

— Упражнения влияют на подвижность суставов, выносливость. Дети должны были танцевать десять танцев подряд. Раньше уже на седьмом танце они  не могли нормально дышать. Сейчас, после занятий по моей методике, исчезли проблемы с дыханием, они танцуют легко, у них прекрасная подвижность суставов. И самое главное, исчезли болевые синдромы, которые влияли и на результаты соревнований. Подростки страдали от спазмов мышц, так как тренировки два раза в день, это большая нагрузка. При этом им не давали упражнения на растяжку. Они тренировались в атлетическом зале, мышцы были укорочены, спазмированы, это влияло на болевые ощущения и в конечном итоге на результаты.

— При проведении тренировок  дети получают полное объяснение о целях, причинах и смысле упражнений. Это важно, так как даёт возможность перед соревнованиями помочь друг другу правильно настроить мышцы. Я постоянно объясняю, они запоминают и применяют на практике.

— В институте Лесгафта существовал факультет спортивных единоборств. Почему вы увлеклись боевыми искусствами?

— Я начал заниматься боксом с тринадцати лет, причина была банальной – самозащита. Чуть позже появился рукопашный бой. А уже попав в институт, я увидел серьёзнейший уровень спортсменов и тренеров, решил продолжить, так как это интересовало меня не только в рамках самозащиты, но и самосовершенствования.

— В Лесгафте был курс именно боевого самбо, не спортивного? Есть же серьёзные отличия.   

— Да. Есть отличия. В основном был курс дзюдо и спортивного самбо, но на кафедре спортивного самбо преподавали и боевое, которое называли рукопашным боем. Нам показывали также и приёмы защиты от холодного оружия.

— Как же сочетаются две столь противоречивых области деятельности – лечить и ломать? Как у того стекольщика, который по ночам разбивал окна, а днём их вставлял?

— На мой взгляд, это две стороны одного и того же процесса. Согласно восточным философиям, воин должен  быть врачевателем. Он должен уметь починить то, что ломает. И естественно, медицинские знания дают возможность эффективно применять боевые методики.

— А кто вы больше, врач или боец?

— Врач, конечно. По природе я очень добрый человек и без действительно острой необходимости не стану применять свои боевые навыки.

— Давно ли вы это поняли?

— Достаточно давно, лет с двадцати двух я понял, что моё призвание быть врачом.

— В России мы не имели чести быть лично знакомы, но я знаю, что вы участвовали в боях без правил, и даже на азиатском континенте, что требует не только высокой подготовки, но и изрядной доли безрассудства. Что побудило на эту, извините, авантюру?

— Думаю, тяга к приключениям, желание познать себя, понять, на что я способен. Когда я ездил в азиатские страны на семинары по изучению мануальной терапии, я увидел в Таиланде школу тайского бокса. Мне очень понравилась их система работы с локтями и коленями. Я решил изучить эту систему. Спустя некоторое время тайские тренеры предложили мне поучаствовать в соревнованиях, так как видели во мне перспективы для популяризации их школы.

— Возможно, они увидели ваш опыт самбо, полученный в СССР и именно это их заинтересовало?

— Конечно. Применяемые мной амплитудные броски явились для них откровением. Я обучил их этим приёмам. Они соединили навыки самбо с тайским боксом и получилось очень неплохо. Кроме этого, у меня уже был большой опыт участия по боям без правил в России.

— А в Израиле?

— Приехав в Израиль, я принимал участие в соревнованиях, стал двенадцатикратным чемпионом страны по рукопашному бою, ушу саньда, самбо и т.д. Все возможные соревнования я выиграл.

— Что повлияло на победы — знания, полученные в Лесгафте, Таиланде? Может быть, личная инициатива изучения различных техник?

— В основном личная инициатива, я старался выучить всевозможные техники. Из бывшего СССР приехали неплохие мастера различных стилей единоборств. В Израиле была организована федерация ушу саньда. Председателем был Саша Френкель, из Питера.

— Несмотря на слово ушу, саньда – это очень серьёзная и довольно жёсткая боевая система. Насколько я помню, в саньду пришли боксеры, которые подучили удары ногами.

— Саньда включает ещё и броски, кстати, амплитудные. Нет работы в партере. Мне это было очень удобно.

— Бои без правил в Азии отличаются от американских версий UFC или MMA?  

— Практически не отличаются.

— Также есть защитные перчатки?

— Перчатки с открытыми пальцами, это стандарт MMA.

— Это сейчас, а в первой половине 90-х перчаток не было.

— К сожалению, поэтому мне пришлось протезировать передние зубы (смеётся). Капы были, но уберечь зубы от сильного удара голой рукой они не могли.

— Где это случилось?

— Во время чемпионатов по боям без правил в России.

— На этих соревнованиях выступали очень серьёзные бойцы, которые потом показали высочайший результат в Японии и США, например Игорь Вовчанчин.

— Да, конечно. Я участвовал в первом соревновании в Лужниках, в 1993 году. Я занял второе место. Правила были не отработаны, судейский состав недостаточно квалифицирован, вовремя не останавливали бои, поэтому травматизм был довольно высоким.

— Весовая категория? На первом UFC в США их не было вовсе.

— В России были весовые категории каждые 10 килограмм. Не могу сказать, что это был удачный опыт.

— Приходилось ли на улице применять свои боевые навыки? Стоит ли себя подвергать риску в спаррингах в полный контакт на соревнованиях, чтобы отбиться от парочки хулиганов? По своему скромному опыту знаю, для самозащиты достаточно базовых техник, а всё остальное приводит к травмам. Или для вас боевые искусства — это типа путь самурая?  

— Было несколько небольших столкновений. Чтобы успешно выйти из уличных инцидентов, достаточно было бы в детстве занятий боксом. Это путь постижения себя, на котором я получил множество травм и переломов. Кстати, последняя безрассудная вещь произошла со мной в 2007 году в Чонбури (Таиланд). Там был закрытый тренировочный лагерь по подготовке бойцов ММА для коммерческих боев внутри Таиланда, на которых нет весовых категорий. Прошёл трехнедельную подготовку и сделал бой с очень мощным, увесистым американцем. Я этот бой выиграл, но противник повредил мне шейный позвонок, у меня отнялась левая рука, левый глаз стал хуже видеть. Это была серьёзнейшая травма, после которой я долгое время восстанавливался.

— Это был захват шеи, гильотина?

— Да, он дёрнул с большой амплитудой.

— Не очень спортивно…

— Это не было запрещено правилами.

— А почему, как правило, их не применяют? Спортивное благородство?

— Нет. Их не применяют, потому что не умеют делать манипуляцию с «неправильной» амплитудой. Если взять определённый угол воздействия на шею и большую амплитуду, это приведёт к смещению или слому шейных позвонков. У меня произошёл надлом бокового шейного отростка фасеточного сустава. Если бойцов без правил обучить нужной манипуляции, количество несчастных случаев увеличится в разы.

— После этого вы решили завязать с соревновательной деятельностью?

— Да, но только с участием в соревнованиях, тренировки и тренерскую работу я продолжаю. Да и с возрастом связки становятся более хрупкими, да и восстановление после травм происходит намного медленнее.

— В 1994 году вы репатриировались в Израиль. Какая причина отъезда? Тем более из Питера.

— Я поступил в институт по целевому направлению и должен был вернуться в Жлобин, в Беларусь. К тому времени, в 1991 году, вся моя семья уехала в Израиль, ну и я последовал за ней.

— Практически сразу после репатриации, несмотря на минимальное знание иврита, вас пригласили на должность инструктора по рукопашному бою. Почему? Разве в Израиле не хватало инструкторов по крав-мага, довольно эффективной системы по решению конфликтов с непрофессионалами?

— Я в Израиле буквально через три недели после репатриации получил повестку явиться в Тель а-Шомер на призывной пункт. Два молодых человека на приличном русском, хоть и с акцентом, стали задавать вопросы. Я сдал все явки и пароли (смеётся), рассказал, чем занимаюсь. Их не заинтересовал мой опыт мануального терапевта, а вот мой опыт боевых искусств им был любопытен. Они рассказали о проекте в академии спорта имени Вингейта. На базе крав-мага они искали опытных тренеров не только для спецподразделений, но и подготовки инструкторов. Я с радостью принял предложение, после чего меня направили в специализированный, армейский ульпан. После него я стал работать на армию и был очень рад, что занимаюсь своим делом и получаю стабильную, нормальную зарплату. Параллельно думал, как заняться мануальной терапией. Навык не терял, всех подлечивал в Вингейте.

— Ага. Но сначала калечил.

— В какой-то степени (смеётся). Так продолжалось четыре года, а потом проект закрыли.

— Почему? Отсутствие финансирования или посчитали, что бесперспективно?

— Думаю, и то и другое.

— Жаль. Иногда руки быстрее автомата, да и навык боевых искусств помогает быстрее и точнее принимать нужные решения в экстремальной ситуации. Тем более, израильским солдатам нередко приходится сталкиваться с атаками агрессивно настроенного населения. Иногда можно решить проблемы не прибегая к оружию.

— Можно использовать автомат не только в качестве огнестрельного оружия, но и в качестве ударного средства. Но для этого нужно довести до автоматизма определённые навыки. За три недели вполне возможно освоить базовые техники, главное  — довести их до уровня рефлексов.

— Некоторое время назад нас захлестнула волна ножевых терактов. Можно ли за короткое время освоить хотя бы на базисном уровне защиту от холодного оружия?

— Конечно можно. В последнее время в армии боевые искусства не получают должного внимания, хотя в мое время это направление считалось важным. Были инструкторы из офицерского состава и вольнонаёмные, такие как я. Мне объяснили, что достаточно своих обученных солдат, которые передадут опыт новичкам.

— Понятно. Решили сэкономить на профессионалах. Как обычно. Вы дипломированный специалист мануальной терапии с огромным опытом работы. Зачем вы постоянно посещаете курсы повышения квалификации? Причем география от Европы до Азии? Тоже своего рода путь совершенствования?

— В начале я приобретал различные знания всевозможных техник. Чем шире спектр знаний, тем легче помочь больному. А сейчас это изучение новых методик.

— С какими новыми методиками вы познакомились на последних курсах?

— На последнем курсе в Лондоне было представлено динамическое МРТ (магнитно-резонансная томография), благодаря этому прибору мы можем визуально наблюдать за изменениями в тканях, суставах, позвоночнике во время манипуляции и мобилизации. Это очень важно. Например, мы не знали, что происходит при ротационном воздействии в повороте на поясницу; как манипуляция влияет на третий, четвёртый позвонок. Теперь появилась возможность точно это увидеть, тем самым мы можем более эффективно работать с пациентом.

— Как говорится в анекдоте про верблюда: папа, зачем нам всё это в зоопарке? В Израиле, насколько я понимаю, такого особого прибора нет и ещё нескоро появится. Дорогое удовольствие?

— Да. Динамическое МРТ есть в США, Канаде, Европе. Этот прибор служит для мануальной терапии, хиропрактики, остеопатии, которые в нашей стране не слишком развиты.

— Существуют ли различия в европейских и азиатских техниках терапии? В принципе, у всех людей две руки, две ноги, посередине позвоночник. Это как в боевых искусствах, техник много, но «рабочие» одинаковые. Не так?

— В азиатских методиках большое значение уделяют энергиям человека, циркуляции энергии. Китайцы делят тело на меридианы, они связывают определённые точки с определённым потоком энергии и состоянием внутренних органов. Западная медицина, даже если и применяет азиатские техники, отрицает теорию энергетических потоков. Объясняя воздействием на нервные окончания, нейронную систему. Принципиальное различие именно в трактовке причин болезней. Далее, различия в диагностике. Китайская диагностика опирается на пульсацию, пальпацию, т.е. на личный опыт врача. А западная опирается на инструментальную диагностику: анализ крови, рентгены, компьютерную томографию и другие.

— Это одно и тоже, только разные названия? Китайцы 2000 лет назад ничего не могли  знать о нейронах или нервных импульсах. Они наблюдали за процессами и называли их согласно своему опыту. Или всё же реально существует энергия «чи», которую можно реально почувствовать и которую нельзя объяснить известными нам научными методиками?

— Я уверен, что действительно существует такая энергия и существуют люди, которые умеют работать с энергетическими потоками. Благодаря общению с азиатскими специалистами, я научился работать с этой энергией, и есть вещи, которые нельзя объяснить научными методами. Например, такой феномен, как «несгибаемая рука». Человек проводит поток энергии и без видимых усилий удерживает руку, которую даже самый большой силач не может согнуть её в локте. Могу показать.

(Мы поднялись, я положил две руки на внутреннюю часть локтя и, не смотря на сопротивление Бориса, не затрачивая особых усилий, согнул его руку. Потом он сосредоточился, провёл пальцем повыше руки и попросил меня снова надавить. У меня не получилось, хотя давил со всей силы, потом пошёл на трюк, взял его руку в захват, он пошатнулся, но рука без видимых усилий с его стороны осталась вытянутой. По всем законам механики так не должно быть. «Можно хоть повиснуть на руке, она не согнётся», — сказал он.)

— Как вы этому научились?

— Началось с того, что я хотел выяснить происхождение знаменитого двухдюймового удара Брюса Ли. Китайцы рассказывали про удар с энергией. Меня это очень заинтересовало. Мне хотелось понять, какие включаются механизмы,  мышечные волокна. Мне предложили заняться дыхательной системой цигун. Проработав меридианы, я научился пропускать через них энергию.

— Вы на физическом уровне чувствуете эту энергию?

— Да. Она явно ощущается.

— Её можно сконцентрировать в какой-то определённой точке?

— Абсолютно. Я был свидетелем, как одному мастеру наносили по голени удары деревянным бруском, а у него не осталось даже синяка.

— Как вы научились «энергетическому удару»?

— Я делал его на очень серьёзных ребятах, никто не удержался, все отлетали. У человека неподготовленного такой удар может вызвать повреждение внутренних органов и кровотечения.

— Обычный человек может добиться такого эффекта или только избранные? Это техника управления энергией, свойственной каждому человеку?

— Любой человек, если станет изучать методики по освобождению энергии.  Интересно, что настоящие мастера не говорят о «чи» как о какой-то космической энергии. Для них это естественное состояние, как для нас дышать. Это нельзя вымучить из себя.

— В медицине энергия «чи» может повлиять на исцеление или только служит для того, чтобы пробивать пресс?

— Да. Без сомнения.

— Вы видели, как реально это работает?

— Я и сам это иногда применяю.

— В каких медицинских случаях вы применяли эту энергию?

— Может подействовать на воспалительные процессы. Например, если грыжа межпозвоночного диска вызвала воспаление, пациенту рекомендуют операцию. Я же снимал воспаление с помощью этой методики, только энергетическим воздействием.

— Без манипуляций и силового воздействия? 

— Да. У меня есть восемь доказанных, зафиксированных случаев, когда после моих сеансов больные уже не нуждались в операции. Если понадобится, могу предоставить соответствующую документацию и свидетелей.

— У вас есть пациенты, которые благодаря вам избежали операций, но при этом вы использовали методы мануальной терапии?

— Конечно. Такие случаи происходят с периодичностью один-два раза в месяц.

— Операцию рекомендуют только с диагнозом межпозвоночная грыжа?

— Не только, ещё с кальцинированием сухожилий плеча. Это сложная операция с долгим процессом восстановления. А кальцинирование при помощи глубоких артикуляций можно разбить.

— Вы работаете также с пожилыми людьми, 70 +? Ведь с возрастом происходят неизбежные деформации, с которыми нужно обращаться довольно осторожно.

— Вся разница в том, что с пожилыми людьми нельзя применять жёсткие техники, которые могут привести к надлому.

— У меня был знакомый, который работал в доме престарелых. Он рассказывал, что санитаров обучали технике манипуляции на шейные позвонки, чтобы снять мышечные зажимы. Я был изрядно удивлен. Разве можно применять такое воздействие на людей в пожилом возрасте?

— Ни в кое случае. Это очень опасно, так как остеофит (патологический нарост на поверхности костной ткани) может повредить позвоночную артерию, это происходит примерно в 10% случаях. Может привести к расслоению артерии и это приведёт к смерти в течении двух-трёх лет.

— Ничего себе, этакий отсроченный удар смерти.

— Именно. На месте повреждения образуется истончение стенки, называемой аневризмой и в какой-то момент аневризма лопается. Это происходит не сразу, поэтому трудно выявить, что послужило первоначальным толчком.

— А как же тогда обращаться к мануальному терапевту без результатов МРТ, ведь аневризму не прощупаешь?

— Опытный мануальщик должен провести тест на ущемление шейной артерии, голова отводится назад и в бок. Если нет определённой симптоматики, можно проводить манипуляцию, но не широко-амплитудную. Я вообще против широко-амплитудных воздействий на шейный отдел. Манипуляция должна быть точечной и не всегда должна сопровождаться хрустом, так называемым акустическим феноменом.  Примерно 25% удачных манипуляций происходит без щелчка, также 25% с заметным акустическим эффектом.

— Многим кажется, если раздался щелчок, значит позвонок поставили на место.

— Такого не происходит, потому что позвонки никогда не смещаются, ну разве что от серьёзных травм. То, что мы называем смещением, – это замыкание позвонка, фасеточного сустава в крайних положениях, но не выходящих за рамки физиологических пределов. Это может быть боковое крайнее положение, заднее крайнее положение. При манипуляции происходит раскрытие позвонка и возвращение его в среднее физиологическое положение. На динамическом МРТ это отлично было показано.

— Почему в области мануальной терапии немного действительно настоящих специалистов с дипломами медицинских заведений?

— Речь идёт об Израиле, не о России?

— Конечно. Дело в оплате?

— Как правило, врач, окончивший медицинское заведение, стремится попасть в ту область, которая является прибыльной. Врачебная деятельность приносит гораздо больше денег. Здесь нет кафедры мануальной терапии.

— В интернете я видел не раз курсы мануальной терапии. Может ли человек, после трёхмесячных курсов или даже полугодичных, выйти специалистом, которому можно доверить шею?

— Я тоже видел такие объявления, пожалуйста, плати 8 тысяч шекелей и через три месяца ты получаешь какой-то диплом. Эти дипломы не признаны Минздравом, и самое важное – эти дипломы не дают права на профессиональную страховку. Я думаю, что у большинства тех, кто называет себя мануальным терапевтом, нет профессиональной страховки.

— На курсах повышения квалификации, на которые ты постоянно ездишь, ты  много видел мануальных терапевтов из Израиля?

— Очень мало.

— А из русскоязычных?

— Только один раз.

— Как традиционная медицина относится к хиропрактам? Больничные кассы даже оплачивают услуги мануальных терапевтов.

— Существует разница между хиропрактикой и мануальной терапией. Хиропракт – специалист, получивший канадский или американский диплом, так как только Канада и США дают лицензию на хиропрактику. Хиропракты работают только с жёсткими структурами, с периферическими суставами, практически не воздействуют на мягкие ткани. Для них характерны жёсткие манипуляции.

— А мануальная терапия признана Минздравом Израиля?

— С первого января 2018 года.

Поздравляю! Но не всех же признают?

— Конечно. Нужно получить лицензию. У меня она есть.

— Я видел такой фокус. Пациент ложится на живот, сгибает колени, «целитель» показывает ему, что его одна нога короче другой, производит жёсткое воздействие на поясницу и выравнивает ноги.

— Эту вещь изучают на первом курсе обучения, это обычный «развод» на деньги непорядочных мануальщиков. У подавляющего большинства людей вследствие ротации таза существует разница в длине ног. Кроме этого, разница в пределах двух сантиметров – физиологическая норма. Это просто шоу.

— А шоу с выравниванием позвоночника не просто фокус? Я видел, как пациенту очерчивают фломастером границы позвоночника. Явно заметно искривление, потом проводят несколько жёстких манипуляций и происходит чудо – исчезает сколиоз. Не знаю, правда, надолго ли.

— Это ещё один интересный прием. Рецепторы постоянно посылают импульсы на осаночные мышцы, чтобы держать базовый тонус. Этот тонус должен быть одинаковым с двух сторон позвоночника. Иногда по генетическим причинам импульс сильнее с одной стороны, чем с другой. Посредством растяжения мягких тканей можно добиться визуального эффекта ровной спины. На один-два дня можно устранить сколиоз.

— Но ведь обманутый пациент вернётся к «целителю» и предъявит ему претензии?

— Настоящий мошенник продумывает и это вариант, он спросит: чихал? чихал. А я предупреждал  первые два дня быть крайне осторожным.

— Но есть же компенсаторный сколиоз. Допустим, одна нога действительно короче другой на пять сантиметров, позвоночник должен подстроиться?

— Конечно. Но если сколиоз компенсаторный, не рекомендуется ничего трогать. Не проводить никаких манипуляций.

— Вы хотите сказать, что не стоит обращаться к мануальным терапевтам для улучшения осанки?

— Ни в коем случае, единственное показание – болевой синдром. Только в этом случае обращение может быть оправдано. Манипуляция может вызвать гипермобильность определённого сегмента, смещение. Может нарушить компенсаторные устоявшиеся механизмы, и тогда человек начнёт страдать от боли.

— Можно ли самостоятельно снять спазмы шеи без угрозы переломать себе позвонки?

— Самому себе нежелательно делать манипуляции. Можно делать мобилизацию, артикуляцию. Это повторяющиеся движения с увеличивающейся амплитудой в рамках физиологии сустава. Движениям можно обучить пациента. Они действительно способствуют снятию блока, спазма. Также помогает укреплению мышц комплекс упражнений, который я даю в рамках курса лечебной физкультуры.

— Сейчас появилось много офисных профессий, представители которых ведут малоподвижный образ жизни. Какие будут рекомендации?

— Таким людям я рекомендую каждый час делать индивидуальный комплекс упражнений, который подбирается в зависимости от специфики их деятельности. Буквально две-три минуты. У меня есть и такие пациенты, которым я расписываю комплекс.

— Моя знакомая рассказывала, что вы исцелили её сына, который несколько лет страдал сильнейшими головными болями. Врачи ставили ему тяжелые диагнозы, такие как мигрень и фибромиалгия. И конечно, безрезультатно лечили от этих тяжелых болезней тяжелыми средствами. Каким образом вы ставите диагноз и беретесь за лечение?

— Мигрень сопровождается определёнными эффектами, например такими, как аура. Человек видит перед глазами звёздочки, происходит нарушение зрения. Если у пациента нет ауры, то, скорее всего, это не мигрень. Я выслушиваю рассказ пациента, узнаю, какие препараты он принимает. Очень часто при нажатии на затылочный нерв больной говорит, что ему отдаёт в другую часть головы. Поэтому я делаю вывод, что произошло ущемление затылочного нерва. Примерно в половине случаев при диагнозе мигрень и фибромиалгия речь идёт всего лишь об ущемлении затылочного нерва.

— Может ли человек самостоятельно отличить ущемление от мигрени? 

— Он может в положении лёжа нажать на затылочные бугорки. Если при этом он чувствует отдачу в висок, в плечо, значит, это не мигрень.  Если противовоспалительные препараты приносят облегчение – это ущемление нерва. В том случае, если обезболивающие и антимигреневые лекарства не снимают боль, значит, речь идёт не о мигрени.

— Были ли случаи, когда к вам приходил пациент, которому вы в принципе не могли помочь?

— Да. Бывают в моей практике такие случаи. Однажды ко мне пришёл довольно пожилой человек 82 лет с жалобами на боли в подмышке с иррадиированием в руку. Он был у семейного врача, ортопеда. Ему выписывали обезболивающие таблетки. При пальпации я обнаружил огромные лимфоузлы, заподозрил лимфому.  Врачи  больничной кассы пропустили действительно лимфому третьей степени с метастазами только потому, что не сняли с него рубашку и не произвели осмотр.

— Почему происходит такое безобразие, граничащее с преступлением?

— Врачи настолько загружены, что у них порой не хватает времени осмотреть пациента как положено. У меня было немало случаев, когда больные получали гормональные уколы в плечо, в кисть, а проблема была на самом деле в позвоночнике.

— Вы практически не занимаетесь саморекламой, однако вашими услугами пользуются даже российские олигархи. Как они вышли на вас? Они приезжают в вашу клинику или просят приехать к ним?

— Слухами земля полнится. Обо мне рассказали одному российскому олигарху, у которого дом в Израиле. С штатом постоянной обслуги и т.д. Он страдал от болей в спине, я сумел ему помочь. Стал лечить всю его семью. Он рекомендовал меня ещё двум друзьям. Я приезжаю, моё время, естественно, оплачивается.

— А друзья у олигарха тоже олигархи. Других не держат.

— Ну, наверно. Потом обращений стало гораздо больше, не олигархов, но очень обеспеченных россиян, которым было рекомендовано делать операцию.

— Есть какие-то особенности поведения российских олигархов?

— Им всегда надо срочно, за день, максимум два, просят приехать к ним.

— Цена для олигархов и простых смертных отличается?

— Нет. Цена для них точно такая же, только беру надбавку за потраченное время на дорогу.

— Насколько я знаю, они деловые люди, более-менее знают цену на услуги мануальных терапевтов и не любят, когда их пытаются «надуть». А позвонок что олигарха, что слесаря — такой же.

— Да, конечно.

— Они относились к вам уважительно, или типа ещё один массажист приехал?

— Нет, вполне уважительно. Может, потому что по рекомендациям приезжал, относились уважительно, корректно.

— За успешно проведенную терапию кто-то из них делал подарок или  премировал?

— Нет. Возможно, они считают, что максимальное количество сеансов, которое они сами, кстати, требуют, и есть премиальные. Это в принципе нормально. Никто не обязан давать что-либо сверх оплаты.

— Вы можете с первоначального обследования сказать, сколько пациенту понадобится сеансов?

— Да. Конечно. У меня не конвейер и я не никогда не ставил задачу вытащить из больного побольше денег. Это противоречит моей жизненной концепции, пути самосовершенствования.  Стараюсь обойтись минимальным количеством сеансов и сделать при этом максимум. Это моя визитная карточка. Мой сеанс длится около часа, а не как у многих других минут 20, не больше. Я прилагаю весь свой опыт, трачу физические и энергетические силы, чтобы избавить человека от болей. Я объясняю, что происходит с человеком, как ему укрепить мышцы, самостоятельно снимать блоки, поддерживать мышцы в тонусе. Любой мой пациент может совершенно бесплатно обратиться ко мне с любым вопросом.

— Планы на будущее?

— Я бы хотел расширить свою область деятельности лечебной физкультуры и функционального тренинга. На сегодняшний день у меня есть две группы лечебной физкультуры, в которых занимаются люди в возрасте от 50 до 70 лет. Результаты прекрасные, просто потрясающие. Одна женщина 1939 года рождения пришла ко мне со средней степенью остеопороза, с паталогическими переломами в позвоночнике. Сейчас она делает 10 приседаний, отжимается от пола, делает упражнения на растяжку.

— Такой прогресс произошёл только вследствие физических упражнений?

— Да. Больше ничего. Она была после операций, а после хирургического вмешательства нельзя проводить никаких манипуляций. Буквально пару дней назад ко мне обратилась женщина, которая семь лет назад перенесла  операцию в поясничном отделе. Теперь она страдает от тяжелейших болей, так как фиксаторы разболтались. Я ничем не смог  помочь. Рекомендовал ей делать операцию по укреплению фиксаторов.

— Не пришло ли время делиться знаниями? Набирать учеников? Книжку написать?

— Передача знаний должна происходить по индивидуальной системе, от учителя к ученику.

— Китайская система?

— Да. Не курсы, не массовое обучение. До сих пор я этого не делал. Но хотелось бы, чтобы человек уже обладал медицинским образованием, чтобы не начинать с азов.

— Спасибо за беседу.

Беседу провёл Рами Юдовин

Контактные данные Бориса Мороза: Электронная почта:  moroboris@walla.co.il

Телефон:   052-374-1891

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s